На прошлой неделе российская поп-певица Виктория Дайнеко выпустила песню под названием «Якутский бриллиант». Продвижение композиции в сети сопровождалось фотографиями Дайнеко в национальных саха украшениях, а в своем Инстаграме певица попросила подписчиков «научить её играть на хомусе».*
В Республике Саха творческий порыв Дайнеко вызвал волну критики, которую сама певица сравнила с травлей и буллингом, пережитыми ей в школе. О том, почему трек оскорбил жителей республики, в эксклюзивной колонке для From the Republics рассказывает саха активистка Вилюя Чойнова.
* Хомус (варган) — язычковый музыкальный инструмент народов Республики Саха (прим. FtR)
На первый взгляд, поведение Дайнеко может показаться безобидным творческим жестом. Но в контексте истории, политики и её собственных публичных высказываний это превращается в яркий пример культурной апроприации.
Дайнеко действительно провела школьные годы в городе Мирный на юго-западе Республики Саха. Мирный — это не «традиционная» Саха среда, а индустриальный центр с преимущественно русским населением, возникший в советскую эпоху благодаря алмазной промышленности.
После окончания школы Дайнеко уехала и публично дистанцировалась от региона, подчёркивая, что «не считает Якутию своим домом» и что её родиной является Казахстан.
Сегодня же, на фоне моды на «этно» и символического капитала всего «северного» и «алмазного», Республика Саха внезапно стала удобным эстетическим ресурсом для певицы.
Название «якутский бриллиант» — это не нейтральная метафора, а прямая отсылка к территории и её образу, к алмазам, добываемым в республике, к экзотизированному представлению о «северной уникальности».
За этим образом стоят конкретные люди — представители коренного народа саха и других народов Севера, чья культура и язык десятилетиями маргинализировались.
Культурная апроприация — это не просто «использование элементов другой культуры». Это использование без ответственности, без контекста и без солидарности с самими носителями культуры.
Когда человек, не вовлечённый в культурную жизнь региона, не поддерживавший его в трудные моменты и даже дистанцировавшийся от него, внезапно надевает национальные украшения ради продвижения трека — это превращает живую культуру в декорацию.
Особенно цинично жест Дайнеко выглядит на фоне продолжающейся войны России против Украины.
Певица открыто поддерживает так называемую «СВО» и выступала с концертами перед военными. (Что не помешало ей спокойно путешествовать по Европе летом 2023 года).
Война продолжается. Число погибших и пропавших без вести участников агрессии против Украины из республики уже перевалило за 3000, согласно данным телеграм-канала «Погибшие из Республики Саха».
Республика Саха, как и другие периферийные Москве территории, используется как ресурс — человеческий, сырьевой, символический.
В этой реальности образ «якутского бриллианта» похож на насмешку: бриллианты добываются, люди используются как расходный материал для войны, а коренная культура используется как эффектный фон.
Просьба Дайнеко «научить её играть на хомусе» тоже симптоматична.
Хомус — это не экзотический аксессуар для сторис, а важный элемент музыкальной традиции народа саха. Освоение инструмента требует уважения, погружения, понимания его места в культуре. В противном случае это превращается в поверхностный жест, рассчитанный на лайки.
Проблема нового трека Дайнеко не в том, что она уехала из Республики Саха и решила вспомнить о «малой родине» через много лет. Проблема в том, что регион вспоминается только тогда, когда это выгодно для бренда.
Когда же речь идёт о политической ответственности, о гибели людей, о правах коренных народов, то наступает тишина.
Культура — не костюм и не маркетинговый ход. В условиях колониального давления и военного времени она становится пространством памяти, боли и сопротивления.
И относиться к ней как к удобной декорации — значит продолжать ту же логику эксплуатации, только в более глянцевой форме.